За 2019 год в столице зарегистрировано 9296 ДТП (в 2018 году — 9157), в них 443 человека погибли (в 2018 году — 465) и 10,7 тысяч человек были ранены (в 2018 году — 10,5). По данным ГИБДД, каждый второй погибший — это сбитый пешеход (197 из общего числа, в 2018 — 238 человек).

В Центре организации дорожного движения (ЦОДД) отметили, что в прошлом году стало больше погибших в ДТП с участием мототранспорта, такси и каршеринга, а также с участием детей. Так, в авариях пострадали 927 детей, пять из них погибли. В Зеленограде в 2019 году было 38 наездов на пешеходов: 20 с участием детей, 18 — с участием пожилых людей. В девяти смертельных ДТП восемь погибших были пешеходами.

При этом в ЦОДД отмечают, что с 2010 года в Москве почти в два раза снизилось число погибших в ДТП. В ведомстве констатировали, что теперь быстрого продвижения в вопросе снижения смертельных ДТП ждать не стоит: «Будем работать точечно, с теми категориями, которые вызывают у нас особые опасения [которые чаще всего попадают в ДТП]».

Дарья Беседина заявила, что в Москве не ведется системная работа по снижению смертности на дорогах, и «это никуда не годится». Термин «нулевая смертность» пришел из Швеции, там эту программу приняли в 1997 года. Она направлена на повышение безопасности движения и снижение смертности от ДТП.

В основе программы «Vision Zero» лежат два этических принципа: нетерпимость к гибели или тяжёлым травмам людей и недопустимость отношения к подобным авариям как к неизбежному злу. Ключевой принцип программы в том, что жизнь и здоровье бесценны и сравнивать стоимость жизни со стоимостью затрат на безопасность недопустимо.

Те же принципы декларирует в своем законопроекте Беседина: жизнь и здоровье людей важней экономической целесообразности, а ответственность государства за безопасность выше ответственности граждан.

Беседина предложила формировать городскую комиссию по безопасности дорожного движения «не только из чиновников, но и из транспортников, из врачей, из общественников, из специалистов по проектированию городских пространств». Вместе они должны будут разработать Программу по достижению нулевой смертности и в дальнейшем работать именно по этому документу.

Ежегодно комиссия должна будет утверждать список аварийно-опасных участков дорог (сейчас это делает ГИБДД) и разрабатывать первоочередные меры по устранению причин совершения ДТП.

Депутат МГД от Зеленограда Андрей Титов сказал «Зеленоград.ру», что в нынешнем виде проект не поддержит. По его мнению, в документе большая часть отведена не конкретным мерам и госпрограмме, а «созданию бюрократических надстроек и сотен локальных комиссий, и это уже при существующем ЦОДД».

Соглашаясь, что принцип нулевой смертности нужно внедрять, он отметил, что функции, которые Беседина предлагает отдать общественным комиссиям, в подавляющем большинстве случаев заменяются цифровыми решениями.

«Перечни опасных участков строятся на сегодняшний день с помощью видеокамер и технологий больших данных. И их надо применять, примерять к ним современные технологии дорожного строительства, которые замедляют потоки. Я уже не раз останавливался на теме внедрения в строительстве шумовых полос, искусственных неровностей и сужений, которые заставят водителей невольно сбрасывать скорость. Эти элементы невозможно внедрить на глазок, с помощью прикидок общественной комиссии. Допустим, у нас есть аварийный поворот. Решение на поверхности — поставить на нем светофор. Решение не на поверхности — поставить шумовую полосу за двести метров до него, чтобы люди двигались на подъездах к нему гораздо медленнее», — объяснил он.

Титов не уверен, что вновь собранная комиссия будет внедрять такие решения: «Народный контроль важен, но он не должен подменять реальные проектировочные решения, основанные на данных и методиках».

В целом он считает законопроект Дарьи Бесединой популистским шагом, который создаст «многоуровневый совещательный орган и бумажную волокиту», а не эффективный механизм.

Технический директор компании «Спецдорпроект» и член зеленоградской комиссии по безопасности дорожного движения Константин Антонович также не считает, что законопроект о нулевой смертности направлен на реальные изменения. По его оценке, все предлагаемые меры уже обсуждались семь-восемь лет назад, «наверное, еще когда Дарья Беседина ходила в институт» — и по итогам этих обсуждений приняли решения, которые уже привели к положительным изменениям.

«Это все звучит прекрасно: включим всех подряд в комиссию, будем ходить и умничать. Сейчас и так понятно, что надо делать, чтобы снижать аварийность, и эта работа ведется каждый день. Понятно, что делать, но чудес ждать не стоит, не стоит ждать, что все изменится прямо завтра. Это кропотливый труд. Сейчас есть профильные организации, в которых наконец-то появились команды грамотных специалистов. Например, в ЦОДД (команды Артура Шахбазяна и Зои Думкиной), в проектных институтах (в МосТрансПроекте команда Александра Полякова): они начали нормально проектировать улицы, по всем мировым стандартам: островки безопасности, широкие тротуары, сужения, светофоры и т. д. По этим проектам строители и строят, меняя полностью всю инфраструктуру Москвы», — заявил специалист.

По его мнению, у города уже есть команда профессионалов, которые в том числе выросли из общественников, неравнодушных людей: «Ты разбираешься в причинах каждой аварии и понимаешь, что нужно сделать, чтобы избежать повторов, но это нельзя сделать, как в фантазиях Бесединой и Каца: завтра, везде и сразу. Они должны попробовать изменить что-то физически, чтобы понять, как это работает. Как это сложно. Умничать в бложиках только потому, что три раза сгонял за бугор и теперь называешь себя урбанистом — для этого много ума не надо. А вот каждый день работать и реально менять среду вокруг себя — это действительно сложно, и как практика показывает, неинтересно для основной массы блогеров-писателей».