Полина родилась в 1911 году в деревне Выгорьково Тульской области и была седьмым ребёнком в семье. Шесть её сестёр тоже жили долго, каждая ушла из жизни в возрасте 92 лет. В деревне Полина прожила до 17 лет, а затем приехала в Москву — двоюродная сестра позвала её нянчить маленьких детей. Здесь, в Донском переулке, она познакомилась с будущим мужем Павлом. Когда юная девушка уезжала в столицу, отец попросил: «Если у тебя будут женихи, то лишь бы не калужские». По тем временам «калужские» считались бедными. Павел Григорьев приехал в Москву как раз из Калуги.

Война

В годы Великой Отечественной войны Полина Васильевна работала на московском станкостроительном заводе «Красный пролетарий», делала снаряды. К началу войны у неё было уже четверо детей, три дочери и сын. Пятый родился после войны, а Полина Васильевна была удостоена звания «Мать-героиня» — орден ей вручал в Кремле «всесоюзный староста» Михаил Калинин.

Мужа сразу забрали на фронт, а Полина работала на заводе сутками. В коротких перерывах спали, положив под голову кирпичи. Никакие детские сады уже не работали, старшую 10-летнюю дочь эвакуировали со школой в Челябинск. Троих младших — 6-летнего Лёву, 3-летнюю Валю и Римму, которой не было ещё двух лет, — отправили в Выгорьково. Но вскоре деревню оккупировали отступающие немцы. У отца Полины был лучший в округе большой кирпичный дом — в нём и поселились тридцать немецких солдат. Детям пришлось жить на печке. Один из них, раздраженный детским плачем, ударил маленькую Римму по голове, от чего у неё остались скошенными глаза. Потом Римме Васильевне пришлось сделать пять операций.

В доме была и 20-летняя Люба, сестра Полины. Чтобы отпугнуть солдат — молодых мужчин — она заматывалась в платок и мазала лицо куриным помётом. Девушке пришлось ходить по соседним деревням и просить еду для детей. Однажды переводчик, служивший у немцев, предупредил её: «Быстро собирай детей, уходите — они отступают, а ваш дом сожгут». Наспех собравшись, покинули родной дом и провели ночь в овраге. Потом вырыли землянку, где и прятались с детьми — выжили чудом. Уходя из деревни, немцы сожгли отцовский дом, от него осталась только печная труба.

О том, что происходило в деревне, Полина узнала от племянника, которому удалось на перекладных добраться из Тулы до Москвы. Женщина с большим трудом отпросилась с работы и поехала за детьми. Добираться было трудно, а вывезти ещё сложнее: железнодорожных билетов на детей не продавали и требовали спецпропуск. Но в итоге все доехали.

Муж

Муж Полины Васильевны, Павел Борисович, воевал в танковом батальоне 32-го стрелкового полка 372-й стрелковой дивизии Волховского фронта, участвовал в прорыве блокады Ленинграда возле Ладожского озера. В 1943-м во время боя спас товарища, раненого в сонную артерию, — ползком дотащил его в медпункт. При этом его самого ранило в левую ногу. В госпитале ногу ампутировали, осталась лишь культя 13 сантиметров. Он написал жене письмо — ранен, лежу в госпитале. «Одна нога стала немного короче…». Павла Григорьева наградили медалью «За отвагу» и орденом Отечественной войны II степени.

Домой Павла привезли в санитарной машине. Передвигался он на костылях, поскольку не мог приспособиться к жёсткому неудобному протезу. Павел Борисович был весёлым и деятельным человеком, много читал, прекрасно пел, вспоминает его дочь Валентина Павловна. Он получал небольшую пенсию, как инвалид войны, а потом устроился нормировщиком в строительный цех. Продвигаться по партийной линии не хотел, как и вообще вступать в КПСС.

По воспоминаниям детей и родственников, Павел и Полина очень любили друг друга. Счастье не было долгим: Павел Борисович умер в возрасте 56 лет, в 1966 году. Полина Васильевна осталась вдовой фронтовика. Покойного мужа вспоминала постоянно и любила его до конца своих дней. «Сколько лет уже прошло, а я не могу его забыть», говорила она в свои сто лет.

Семья

Дочь и зять Полины Васильевны — Валентина Павловна и Юрий Аркадьевич Ситковский — живут в Зеленограде с 1971 года. Маму они забрали к себе в 1998-м. В своё время им пришлось доказывать, что Полина Григорьева — труженица тыла (по указу бывшего столичного мэра Юрия Лужкова, все москвичи, работавшие на заводах во время войны, приравниваются к участникам Великой Отечественной). В собесе сначала отказывались выдавать удостоверение, потому что в трудовой книжке Полины Григорьевой не был указан город, а стояло просто «станкостроительный завод «Красный пролетарий», цех такой-то… Такой завод был только в Москве, но бюрократическая машина этого не учитывает.

Юрий Ситковский, Валентина Ситковская, Полина Васильевна Григорьева, префект Анатолий Смирнов

До конца жизни Полина Васильевна была необыкновенно добрым человеком. В семье никогда не конфликтовали, а тёща обожала своего зятя. В чём секрет долголетия? — с таким вопросом к ней обращались нередко. Конечно, жизнь в деревне, труд на земле, оптимизм помогают прожить дольше. Но Полина Васильевна объясняла это проще: «Я живу в любви». У неё была уникальная память, а в сто лет она выглядела элегантной пожилой дамой.