Медцентр «Литех» спонсор темы
«Деревня несколько дней прожила в оккупации». Битва за Москву в историях местных жителей день за днём: 5 декабря 1941 года 05.12.2018 ZELENOGRAD.RU

В канун очередной годовщины Московской Битвы, которая стала поворотным моментом в Великой Отечественной войне 1941-1945 года, Zelenograd.ru день за днём вспоминает историю. Бои проходили в тех местах, где десятилетия спустя вырос современный Зеленоград. Как пережили это время простые люди, жители Крюково и окрестных деревень — семьи, в которых мужчины ушли на фронт или в ополчение, дети, которым сегодня 80-90 лет? Каким для них был день 5 декабря 1941 года?

«Две березы за Филаретовской церковью — живые свидетели прощания мамы и отца»

Рассказывает Галина Алексеевна Белоус (в девичестве Миронова), жительница 10 микрорайона Зеленограда, на месте которого в 1941 году, близ пруда Водокачка — Школьного озера — стояла Дунькина деревня (по книге А.Н.Васильевой «Земляки», сборнику воспоминаний жителей Крюково и окрестных деревень).

— Есть в Зеленограде местечко, где очень многое напоминает мне о родителях и моем военном и послевоенном детстве. Это бывшая Дунькина деревня (позднее имела другое название, но оно не прижилось в моем сознании). Старожилы говорили, что когда-то давно обживали эти места семьи, в которых были девушки с именем Евдокия. Когда в поселении появилась новая Дуня (она была 7-ая по счету, а цифра эта считалась счастливой) деревню стали называть Дунькиной.

Располагалась деревня около реки Сходня — сейчас на территории бывшей деревни стоит Филаретовская церковь и окружающая ее территория, в том числе и то место, где стоит памятник Защитникам Москвы, поставленный на месте гибели нашего бойца. Когда начал строиться 11-ый микрорайон, дома наши снесли, в том числе и дом учительницы Сосновской, на огороде которого в 1941 году был захоронен солдат.

Мои родители приехали на постоянное место жительство в Дунькину деревню перед войной (из соседнего лесничества). У них уже было трое детей. Начали строить дом, отец стал работать в Крюковском лесничестве. Когда началась война, все трое сыновей моего дедушки Степана Егоровича — мой отец Алексей Степанович и два его брата Михаил и Иван ушли воевать. Мой отец и брат Иван были призваны в армию в 1941 году, а Михаил ушел добровольцем. Все погибли.

Когда пришла повестка отцу, мама хотела проводить его до призывного пункта, находившегося в Химках, но отец, очень любивший мать (она была красавица) сказал: «Давай простимся на своей родной земле, не ходи дальше!» И они остановились у двух березок. Две сросшиеся березы за Филаретовской церковью — живые свидетели их прощания.

Через некоторое время, по рассказам мамы, от отца пришло коротенькое письмо: «Нахожусь недалеко от Москвы, пишу стоя на коленях …» Мама, не задумываясь, пристроив трех маленьких детей к соседям, едет к отцу. Она успела добраться до отправки отца на фронт… И подарила ему и себе последние часы счастья, от которого на память остались мы, двойняшки с братом, родившиеся 11 июня 1942 года.

Фронт приближался все ближе и ближе. Когда мама возвращалась домой, уже были слышны разрывы снарядов, а шальная пуля даже оторвала полу пальто мамы.

Дунькина деревня была занята фашистами и несколько дней прожила в режиме оккупации. Как-то во двор вошли немецкие солдаты, по-хозяйски направились в сарай и вывели корову. Мама бросилась защищать свою кормилицу. Завязалась словесная перебранка на двух языках, но тем не менее понятная обеим сторонам: немцы тащили корову, мама самоотверженно вставала на их пути. На счастье, шум услышал немецкий офицер, понимавший русский язык. Мама бросилась к нему со словами: «Убей вначале меня, чтобы я не видела, как с голоду умирают мои дети!». Немец проявил человеческие качества — корова была спасена.

К сожалению, нельзя этого сказать о нашем соседе — ветеринаре Тихоне Ивановиче (это был единичный случай в нашей деревне). Страшные бои заставляли жителей оставлять свои дома и прятаться в более безопасных местах. Когда немного затихло, вернувшись домой, мама обнаружила, что дом разграблен, унесли буквально все, даже чайные ложки. Следы преступления вели к соседу, куда и направилась мама. Ветеринар вел себя нагло, не отрицая, что «кое-что взял» из ее дома, но ничего не отдаст, и даже ей пригрозил в очень грубой форме. Не помогло вмешательство другого соседа — бывшего председателя колхоза Тимофея Потаповича.

Затем пришли в деревню немцы, были очень недолго. А когда в деревню возвратились наши, поведение ветеринара изменилось: он умолял его простить, вернул награбленное. Мама говорила, что ей не хотелось мстить, тем более, что он просил у нее прощения, стоя на коленях. Так и дожил этот мерзавец до старости, работал в Крюковской ветеринарной станции. Были у него и дети. Думаю, что вряд ли их отец передал им то, что сумели сделать наши родители — погибший на фронте отец, дух которого все время присутствовал в нашем доме, и мама — труженица, оставшаяся вдовой в 30 лет, поднявшая на ноги пятерых детей.

Когда пришло извещение о гибели отца, у мамы отнялись ноги, она была в лежачем состоянии полгода. Друзья отца и мамы не оставили нас в беде, помогая во всем, в том числе и в строительстве дома…

5 декабря 1941 года в истории: началось контрнаступление советских войск под Москвой

5 декабря немцы сделали последнюю попытку прорвать фронт на одном из участков в районе Крюково, где они сосредоточили значительные силы пехоты и танков. Это им не удалось — 16-я армия готовилась к наступлению и к этому времени получила новые части, большое количество артиллерии, минометов, танков и средств противотанковой обороны. Все атаки немцев были отбиты с большими для них потерями.

Однако, и Крюково всё еще оставалось под контролем немецких войск — бои шли на улицах, подразделения полков 8-й гвардейской Панфиловской дивизии, которые действовали на этом участке фронта, продолжали контратаковать и три раза попадали в окружение. Об этом в 1942 году сообщал командир полка Боурджан Момыш-улы (когда полк получил наименование «Талгарский»): «В селе Крюково полк получает коммунистическое пополнение, ведет непрерывно шесть суток кровопролитные бои, трижды роты окружаются врагом в каменных зданиях, не раз танковый десант бросается против врага…», — цитирует документальное свидетельство зеленоградский историк Игорь Быстров.

Одно из окружений произошло 5 декабря 1941 года в здании крюковской школы. «…к 13:00 2-й и 3-й батальоны, а потом часть 1-го батальона были отрезаны танками противника и оказались осажденными в каменном здании школы, что на Южной окраине Крюкова… Здание было окружено тремя танками, и была выброшена пехота на танках до роты, на этом же здании оказались автоматчики. Но гвардейцы умирают, но не сдаются. Завязалась неравная борьба. С помощью наших танков часть людей выручили с нижнего этажа», — писал в политдонесении за 5 декабря военком Логвиненко.

Внутри школьного здания остались около 70 бойцов, которые организовали оборону и обстреливали пехоту противника — почти вся высаженная с машин пехота (до 150 человек) была расстреляна. На защитников здания обрушился артогонь с бронебойных снарядов по верхнему и нижнему этажам. Бой длился дотемна. Люди, прикрываясь огнем, из-под носа врага к 20:00 почти все вышли из здания — кроме шести человек, находившихся в подвале. Они вышли 6 декабря, уничтожив автоматчиков, закрывавших выход, как сообщал Логвиненко: «При выходе были вынесены раненые товарищи и всё оружие».

5 декабря — официальная дата начала контрнаступления советских войск под Москвой. «В сегодняшней, как и во вчерашней, газете нет уже призывов: „Ни шагу назад!“, „Стойко оборонять каждую пядь подмосковной земли“. Другие заголовки, другой текст: „Крепче удар по врагу“, „Активность наших войск возрастает на всех направлениях. На отдельных участках инициатива перешла в наши руки…“ Это еще о наших контратаках, которые завтра перерастут в контрнаступление», — вспоминал по своим дневникам Давид Ортенберг, ответственный редактор газеты «Красная звезда». Там уже готовили номер на 6 декабря с перечислением отбитых у немцев населенных пунктов. Впрочем, в тот же день все редакторы газет получили указание сверху — пока не печатать сообщений о наступлении.

Из сводки Совинформбюро 5 декабря: «Под ударами Красной Армии воинственный пыл фашистских вояк непрерывно снижается. Пленный солдат 55 полка 77 немецкой пехотной дивизии Фридрих Рейншток говорит: «Дисциплина в немецкой армии поддерживается силой оружия. Один пулемётчик отказался стрелять. Тогда фельдфебель Буйс застрелил его из пистолета. Второй случай: другой пулемётчик заявил, что у него пулемёт не работает и он не может стрелять. Тогда к нему подошёл майор Лох и застрелил его». Ефрейтор группы связи 449 полка 137 немецкой пехотной дивизии Маркус Хехембергер заявил: «Настроение солдат плохое, но мы не можем говорить об этом открыто. Не дай бог, кто-нибудь подслушает… Все мысли у солдат полны одним — скорее вернуться назад. У нас имеется немало случаев членовредительства, чтобы попасть в лазарет и таким образом, выйти из войны».

Читайте также
Битва за Москву в историях местных жителей — день за днём

Источники:
1. «В сорок первом на сорок первом» В.Г.Кабанов
2. pomnivoinu.ru
3. zelao50.ru
4. А.В.Сульдин «Битва за Москву. Полная хроника — 203 дня«
5. «Разгром немецких войск под Москвой» под ред. Б.М.Шапошникова (издание 1943 года)
6. «Последний рубеж» И.Ф.Быстров.

Статьи про историю нашего города редакции «Зеленоград.ру» помогает делать медицинский центр «Литех Зеленоград» — здесь принимают анализы на все возможные показатели, в том числе на антитела к COVID-19. По промокоду Zelenograd.ru — скидка 15%. В «Литехе» удобный график работы — открываются в 7 утра; и низкие цены — так как медцентр является официальным представительством лаборатории «Литех». Адрес: улица Каменка, корпус 1805. Телефон 8-929-647-18-05. Инстаграм @Lytech_zel
Станьте нашим подписчиком, чтобы мы могли делать больше интересных материалов по этой теме


E-mail
Реклама
Реклама
Добавить комментарий
+ Прикрепить файлФайл не выбран