Николай: «Раньше я кормил людей, теперь кормлю голубей»

Вязаная шапка, чуть вытянутая на макушке, замусоленный ватник с эмблемой телевидения и радиовещания.

— Я работал поваром в ресторане «Седьмое небо» на Останкинской башне. Кормил там людей, а теперь кормлю голубей. Нагрею им теплой воды, намешаю зерна. Они у меня высоколетные, улетают высоко, в самые тучи.

Голубятни мы строили сами, своими руками. Нужно было сделать так, чтобы было надежно и замки покрепче повесить. Но в прошлом году у меня все равно всех украли. Пришлось разводить заново. У меня сейчас их немного — штук двадцать.

Я вот с такого возраста (показывает чуть выше земли) голубей кормил, подбирал на улице раненых, выхаживал. Это как болезнь, если уж начал, то на всю жизнь.

Отец был лесником, держал голубей, видимо от него и мне это передалось. А сыну моему не интересно, только семилетняя внучка интересуется, приходит в голубятню, помогает кормить, убирать.

Вот идешь по улице, все смотрят под ноги, а голубятника видно сразу — он смотрит в небо.

Голуби привыкают не к человеку, а к месту. Раньше голубятни были в каждом дворе, было много старых сараев, а сейчас негде стало разводить. Умирает голубятник, умирает и голубятня. Вон там стоит заброшенная.

Городские власти постоянно запугивают, что снесут. Правителям все мешает. Лучше бы они на этом месте палатку поставили, она бы прибыль приносила, а от нас какой толк?

Одно время у меня жил петух, он по утрам кукарекал, жильцы стали жаловаться, петуха пришлось отдать. На корм у меня уходит больше половины пенсии, но я не жалуюсь. Дети вырастают, уходят, а голуби остаются.

Владимир: «Им не до голубей»

Владимир похож на дворянина, то ли осанка, то ли взгляд. У него самая большая голубятня-коттедж, птиц — несколько сотен. Сидят на жердях, распушив свои ажурные хвосты.

— У меня голуби в основном спортивные, они летают на дальние расстояния — в Варшаву, в Берлин.

На лапах — цветные браслеты.

— Это их паспорта, они крепятся при рождении и на всю жизнь. Мои голуби участвуют в соревнованиях, развивают скорость до 120 километров в час, только за участие приходится платить. Я подрабатываю при ЗАГСе, но этих денег с трудом хватает на корм.

Голубей развожу уже лет 30. По специальности я электромеханик, работал в охране, а сейчас — пенсионер.

Я начинал с дикарей, мы жили с родителями в коммуналке — три семьи в одной квартире, общая кухня. Пока родители делали пересменку, мы с сестрой забирались на подоконник и ловили голубей. Поймаем несколько штук, посадим в ящик из-под бутылок, и они там сидят до прихода родителей.

Мне еще нравились лошади, в детстве даже объезжал жеребят. Лошади тоже развивают большую скорость — летают.

У меня есть дети и внуки, но у них свои интересы — машины, телефоны, компьютеры. Им не до голубей.

Василий: «Вы просто в небо редко смотрите»

Кожаная коричневая куртка на двери, значит Василий в голубятне. В будни он работает, в выходные — тут. На подбородке — глубокая складка. Смотрит — щурится.

— Голуби у меня игровые — они в небе кувыркаются. Моей голубятне лет 25. С детства меня тянет больше к птицам. Первую пару я купил в 3 классе, это были рябые-бабочки. Мама давала по 10-15 копеек в школу на пирожки, а я не тратил — откладывал.

Была даже мечта связать свою жизнь с птицами, но так и не удалось. Дед был лесником, мать — травницей, показывала мне каждую травинку. А я выучился на электрослесаря, 20 лет проработал на предприятиях, а потом стал не нужен.

Сейчас я на пенсии, но на это разве проживешь, работаю менеджером по побегушкам, где-то замок поменять, где-то мебель собрать.

У меня тут не только голуби, но и залетные птицы — воробьи, синицы. Кормушки каждый вечер наполняю. А еще цветы, начинается так — подснежники, крокусы, они тут пучками-пучками, потом идут тюльпаны и нарциссы, дальше — розы и так все лето. Вот бутоны так и не успели распуститься, холода убили.

Дома у меня большой попугай, аквариум с рыбками и куча цветов, на подоконнике еле умещаются, сын увлекается цитрусовыми — лимонами, апельсинами, а я всем остальным.

У меня есть дети и внуки, старшему 16, младшей 8, но голуби им не интересны. Есть молодые, которые подходят, интересуются, но их мало. Ко мне парень как-то подходил, разговорились. Оказывается, он тоже голубей держит.

Раньше было больше голубятен, люди много времени проводили во дворе, кто-то в карты и в домино играл, а кто-то живность разводил.

Голуби меня привлекают красотой и летом, они пластичные, из них можно лепить все, что угодно, — можно вывести любую породу.

Василий выносит голубя, держит его неловко, крыло топорщится.

— Самый опасный враг голубей — это ястреб. Вон он летает, караулит.

— Тут разве есть ястребы?

— Еще как, за последний месяц 15 голубей у меня съел. Вы просто в небо редко смотрите.

Валерия Гречина / miloserdie.ru